Условия и процесс формирования международной конкурентоспособности национальной экономики



страница8/19
Дата27.10.2016
Размер1.04 Mb.
Просмотров1223
Скачиваний0
ТипДиссертация
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   19

2.4 Роль конкурентоспособности бизнеса в оценке международной конкурентоспособности стран


Конкурентоспособность бизнеса в стране зависит от эффективности функционирующих на ее территории компаний, с одной стороны, и условий, созданных для их конкуренции, с другой. Если рассматривать конкурентоспособность как систему, то в данном случае речь идет о микро- и мезоуровне конкурентоспособности в их взаимодействии. При оценке конкурентоспособности бизнеса макроуровень рассматривается, в определенной степени, как эндогенный фактор, формирующий условия работы компаний и конкурентную среду. Анализ международной конкурентоспособности бизнеса представляет собой применение микроэкономического подхода в чистом виде и как самостоятельное исследование проводился лишь в рамках расчета Индекса конкурентоспособности бизнеса (ИБК). Как уже говорилось, показатели ИБК с 2008 года стали составной частью ИГК, однако, для более подробного исследования конкурентоспособности бизнеса и ее параметров, формирующих микроэкономические основы конкурентоспособности, небезынтересно провести анализ факторов ИБК по последним имеющимся данным.

Теоретические предпосылки ИБК аналогичны описанным выше микроэкономическим основам нового ИГК. Не останавливаясь подробно на методике расчета ИБК, отметим, что двумя базовыми показателями ИБК являются рассмотренные выше качество бизнес-среды в стране и степень совершенства стратегий и деятельности компаний, которые лежат в основе двух субиндексов, определяющих итоговый рейтинг по ИБК. Кроме того, для целей анализа следует отметить, что оцениваемые страны разделяются на 3 группы в зависимости от величины дохода на душу населения: к первой группе относятся все страны с ВВП на душу населения по ППС меньше 4000$, ко второй группе - от 4000$ до 17000$, к третьей группе – более 17000$. Таким образом, в исследовании ИБК также применяется разделение стран по стадиям развития.

В 2007-2008 гг. индекс был рассчитан по 127 странам. Его цель не только проранжировать страны, но и выявить сильные и слабые стороны их конкурентоспособности, обнаружить общемировые тенденции, открыть основы процветания нации. Особый интерес в рамках данного анализа представляет задача выявления реальных факторов, обеспечивающих высокое благосостояние в стране (показателем которого является ВВП на душу населения) в средне- и долгосрочном периоде. Исследование показало, что индекс конкурентоспособности бизнеса объясняет 82% вариации ВВП на душу населения, что является очень хорошим показателем, учитывая объем исследования и статистические погрешности.181

Если рассмотреть взаимосвязь ВВП на душу населения и ИБК (страны ранжированы по месту по ВВП на душу), мы получим следующую картину (см. график 2). На данном графике мы видим, что существуют значительные расхождения между рангом по ВВП на душу населения и ИБК. Это можно объяснить как тем, что ИБК недостаточно хорошо определяет движение душевого дохода, так и тем, что не только доход является залогом конкурентоспособности бизнеса. Тем не менее, общее направление обоих показателей совпадает: при улучшении места по одному показателю – ВВП на душу населения, растет и другой – ИБК. Взаимосвязь очевидна, что говорит о высоком качестве сформированного показателя и о важности интерпретации его содержания.


График 2. Соотношение ИБК и места по ВВП на душу населения.



Источник: составлено автором на основе данных Global Competitiveness Report 2007-2008. World Economic Forum. Geneva, Switzerland. 2007.
Перейдем к анализу факторов ИБК. Попробуем оценить вклад каждого из параметров, входящих в сводный индекс конкурентоспособности бизнеса. Так, анализируя взаимосвязь субиндексов «развития конкурентных преимуществ компаний» и «развития бизнес-среды» по трем группам стран (страны разделены по стадиям развития) можно сделать несколько выводов.

Во всех трех группах связь между субиндексами достаточно тесная. Коэффициенты корреляции для 1, 2 и 3 группы равняются 0,914, 0,897 и 0,941 соответственно, то есть близки к единице. Коэффициент корреляции между значениями субиндексов самый высокий в третьей группе, хотя следует отметить, что именно в этой группе самое небольшое число стран. Самая низкая корреляция во второй группе стран с доходами выше $4000, но ниже $17000. Это вполне объяснимо, так как именно в эту группу попадают самые разнородные страны, в частности большое число развивающихся стран и стран с переходной экономикой. В таких странах, как раз и может наблюдаться значительный разрыв между развитием национальной бизнес-среды и уровнем развития компаний в стране. В первой и третьей группе находятся страны более однородного развития. Более подробный анализ взаимосвязи субиндексов ИБК можно провести с помощью графика 3.

График 3. Взаимосвязь субиндексов ИБК по трем группам стран.







Источник: составлено автором на основе данных Global Competitiveness Report 2007-2008. World Economic Forum. Geneva, Switzerland. 2007.
На каждом из графиков представлено взаимоотношение субиндексов «развития конкурентных преимуществ компаний» и «развития бизнес-среды» по трем группам стран. Страны внутри группы проранжированы по уровню развитости национальной бизнес-среды (сиреневая область на втором плане). Сверху наложена диаграмма по рейтингу развития конкурентоспособности компаний. Кроме того, внизу идет график, показывающий абсолютное расхождение между субиндексами и светлая диаграмма, представляющая направление отклонения (положительное отклонение означает, что страна занимает более высокую позицию по субиндексу конкурентоспособности компаний и более скромное место по развитию национальной бизнес-среды).

Как и коэффициент корреляции, приведенные графики говорят о том, что самые большие расхождения наблюдаются во второй группе стран. Причем расхождения в основном в положительную сторону, то есть компании развиты лучше, чем бизнес-среда в стране в целом. В третьей группе мы имеем ту же картину. В то же время страны с самыми высокими доходами на душу населения имеют отклонения преимущественно в отрицательную сторону, то есть развитие на макроуровне опережает и, вероятно, создает условия для дальнейшего развития компаний.

Также хочется отметить, что разница между субиндексами достаточно небольшая в начале рейтинга для каждой группы, а в середине возрастает (особенно это заметно для группы 1 и 2). Это может говорить о правильном выборе границ интервалов ($17000 и $4000), поскольку именно в начале и в конце групп идут страны однородного развития.

Для примера возьмем 2 страны: Филиппины (страна, имеющая самое большое положительное расхождение по субиндексам – 27 позиций) и Алжир (страна, имеющая самое большое отрицательное расхождение по субиндексам – 29 позиций). Обе страны относятся ко второй группе по доходам, однако Филиппины занимают более высокую позицию по конкурентоспособности бизнеса в целом (66 место против 97 у Алжира). Пример этих стран показывает, что расхождение для стран невысокого уровня конкурентоспособности может быть значительным. Как фактор бизнес-среды, так и фактор развития компаний может тянуть вниз общий рейтинг конкурентоспособности бизнеса страны.

Проведенный анализ подтверждает, что индекс конкурентоспособности бизнеса является важным показателем, представляющим несколько иной подход к вопросам конкурентоспособности, а именно выделяющий микроэкономические параметры в качестве основ завоевания конкурентных преимуществ не только на уровне компании или отрасли, но и экономики страны в целом. Анализ микроэкономических факторов в чистом виде позволяет более пристально изучить недостатки и преимущества компаний и среды бизнеса в стране. В то же время тесная взаимосвязь с Индексом глобальной конкурентоспособности свидетельствует о том, что микроуровень влияет и, в определенной степени, формирует национальную конкурентоспособность.

Особенность факторов на микроуровне заключается в том, что они непосредственно воздействуют на производительность. В то же время таких факторов множество, они разнообразны и подвержены воздействию со стороны многочисленных стейкхолдеров. Развитие отдельных параметров микросреды происходит неравномерно, поэтому каждая страна имеет свои сильные и слабые стороны. В каждый момент времени в отдельной стране можно выявить именно те факторы, которые в данный момент сдерживают рост производительности и направить меры экономической политики на устранение этих препятствий.

Что касается международной конкурентоспособности бизнеса в России, в 2011 году эксперты ВЭФ, называли этот параметр среди ее 5 самых важных недостатков, наряду с развитием институтов, качеством специализированного образования, уровнем конкуренции и эффективностью финансового сектора.182 В то же время, необходимо отметить перелом негативной динамики, произошедший в 2013 году (см. диаграмма 5). В рейтинге ВЭФ 2014 года по показателю развитости бизнеса Россия занимает 86 место из 144 стран.183

Диаграмма 5. Динамика показателя развитости бизнеса для России.


Источник: На основе данных The Global Competitiveness Report. World Economic Forum. Geneva, Switzerland. 2008, 2009, 2010, 2011, 2012, 2013, 2014.

Все же эффективность бизнеса в России оценивается существенно ниже большинства стран ОЭСР, развивающихся стран и стран, сильно зависимых от экспорта природных ресурсов. Основными причинами данного отставания исследователи называют недостаточное развитие кластеров в стране и низкую долю добавленной стоимости производимой продукции как вследствие использования необработанных природных ресурсов, так и из-за отсутствия передовых управленческих технологий. В номенклатуре российских товаров преобладают продукты низкой степени обработки, в частности нефть и газ. Производство высокотехнологичной продукции составляет около 0,7% ВВП (в 7 раз меньше, чем в Китае – 5,2%, в 2 раза меньше, чем в Бразилии – 1,5%). Нефть и газ составляют 66% экспорта.184 Более того, за последние 10 лет экспортные позиции России улучшились лишь в ряде продуктов также с низкой долей добавленной стоимости: уголь, древесина, строительные материалы. Таким образом, конкурентные преимущества страны базируются на низких издержках и природных ресурсах, большая часть которых является невозобновляемыми, а не на уникальных и наукоемких видах продукции. Что касается недостаточной эффективности российского менеджмента, одной из причин является низкое качество соответствующего образования. Кроме того, качество менеджмента страдает из-за общепринятой практики предпочтения друзей и родственников, а не квалифицированных специалистов, когда речь идет о высших управленческих должностях.

Чтобы более подробно проанализировать микроэкономические основы международной конкурентоспособности России в динамике обратимся к данным по ИБК с 2001 по 2007 год (см. диаграмма 6).

Диаграмма 6. Динамика позиции России по индексу конкурентоспособности бизнеса и его факторов с 2001 по 2007 год.





Источник: составлено автором на основе данных Global Competitiveness Report 2007-2008. World Economic Forum. Geneva, Switzerland. 2007. P. 63
Общая динамика показывает ослабление позиций России по рейтингу ИБК, даже с учетом постоянного увеличения количества оцениваемых стран. В целом место России по ИБК ниже, чем ее рейтинг глобальной конкурентоспособности. Что касается факторов ИБК, на протяжении всего исследуемого периода деятельность и стратегии компаний оцениваются на несколько (6-10) позиций ниже, чем качество национальной среды бизнеса. Это говорит о том, что стратегическое планирование как фактор повышения международной конкурентоспособности используется компаниями не в полной мере. Причины, как уже говорилось, заключаются в отсутствии передовых управленческих технологий и уникальных стратегий. В то же время, качество национальной среды бизнеса дает возможности для дальнейшего развития на уровне компаний.

Следует отметить, что с 2001 до 2004 год позиции России по ИБК и эффективности бизнеса улучшались (рейтинг повысился с учетом увеличения числа стран). Однако после 2004 года развитие замедлилось и произошел провал. Это касается именно микроэкономических аспектов конкурентоспособности, так как общий рейтинг рос более стабильно.

Данный факт выявляется во многих работах по конкурентоспособности российского бизнеса в этот период. Согласно исследованию 2007 года, проведенному зарубежными учеными по заказу московского Центра Стратегических Исследований, конкурентоспособность России на микроуровне заметно прогрессировала с 2000 года, благодаря росту цен на нефть и устойчивой макроэкономической политике. Однако после 2004 конкурентоспособность бизнеса начала разрушаться. Правительство не смогло справиться с основными недостатками экономики на микроуровне из-за замедления реформ, препятствий развитию малого и среднего бизнеса, неопределенности долгосрочного направления развития страны. В результате сопоставление макроэкономического прогресса и серьезных микроэкономических недостатков ведет к неясности будущей ситуации в международной конкурентоспособности России. 185

Следует отметить, что конкурентоспособность российского бизнеса в этот период повышалась не только за счет внешних источников роста, положительные внутренние изменения в управлении и стратегическом планировании компаний также играли важную роль. По мнению российских исследователей, важнейшим источником роста эффективности предприятий в 2000—2004 гг. служили повышение качества менеджмента, совершенствование управления и сопутствующие организационные инновации.186 В то же время, лишь часть наиболее активных компаний воспользовалась благоприятной конъюнктурой для реализации управленческих улучшений. Как следствие к 2004 г. резко усилилась дифференциация российских компаний по уровню менеджмента. Как правило, лишь наиболее крупные компании, существенное значение для которых имеют навыки знания и умения персонала, ориентируются на инновационную стратегию. Таким образом, концентрация компаний, стремящихся к инновационному пути развития происходит в крупных городах, имеющих развитый рынок квалифицированных кадров и связанную с НИОКР инфраструктуру. Уровень конкурентоспособности и стратегическая ориентация компании влияют на ее организационную структуру. Более конкурентоспособные предприятия, как правило, ведут бизнес в более доходных звеньях цепочки добавленной стоимости. Компании данного типа существенно чаще (в 1,5—2 раза по сравнению с неконкурентоспособными предприятиями) обладают компетенциями по разработке, дизайну и проектированию продукции, уделяют достаточное внимание рекламе и маркетингу, обучению и повышению квалификации, послепродажному сервису.187

После 2004 года проявился ряд негативных тенденций, отрицательно влияющих на эффективность российского бизнеса, что сказалось на микроэкономической конкурентоспособности страны. Диаграмма 7 представляет основные факторы, сдерживающие рост конкурентоспособности бизнеса в России в 2014 году. Параметр «коррупция» стабильно лидирует в списке негативных факторов развития бизнеса в России. В период кризиса (2008 – 2010 гг.) фактор «доступ к финансированию» стал сильнее волновать опрошенных бизнесменов и занимал второе либо третье место в данном списке. Другими негативными факторами остаются государственная бюрократия, налоговое регулирование, налоговые ставки, инфляция, неразвитость инфраструктуры. Все это сдерживает развитие международной конкурентоспособности российского бизнеса.

Диаграмма 7. Основные препятствия для ведения бизнеса в России.



Примечание. Из 15 факторов, респондентам предлагалось выбрать наиболее проблемные для ведения бизнеса в стране и проранжировать их от 1 (самый проблематичный) до 5. Диаграмма представляет полученные результаты, взвешенные с учетом присвоенного факторам ранга.



Источник: The Global Competitiveness Report 2014-2015. World Economic Forum. Geneva, Switzerland. 2014. P. 320
Другой особенностью российского бизнеса является широкое распространение интегрированных бизнес-групп (ИБГ). Согласно результатам исследования ГУ-ВШЭ, 1/3 предприятий обрабатывающей промышленности (32%) входит в состав ИБГ. Зачастую это достаточно крупные предприятия. В то же время, согласно результатам обследования подобные предприятия не обладают более высокой конкурентоспособностью. Компании, входящие в бизнес-группы, в целом не имеют значимых отличий ни по одному параметру, отражающему различные стороны конкурентоспособности. Рентабельность активов и производства в 1999—2003 гг. была стабильно выше у независимых компаний, лишь в 2004 г. рентабельность производства в ИБГ (9,7%) превысила уровень независимых компаний (9,0%), однако эти различия статистически незначимы. Вместе с тем в составе ИБГ существует группа компаний (28%), которая демонстрирует стабильно растущую конкурентоспособность. Таких компаний значимо больше, чем в автономном бизнесе (на 8 п. п.). Одновременно в ИБГ значимо меньше доля откровенно «плохих» предприятий с низкой производительностью труда, которые теряют долю на рынке (31% против 37% в независимом бизнесе).188 Однако в долгосрочной перспективе ИБГ являются сдерживающим фактором конкурентоспособности российского бизнеса, поскольку их наличие ведет к снижению рыночной конкуренции, возникновению государственного фаворитивизма, сдерживает развитие частного малого и среднего бизнеса, тормозит рост производительности.

Как продемонстрировано на диаграмме 6 показатель «стратегии компаний» тянет вниз общий рейтинг ИБК российской экономики. Этот фактор нельзя назвать сильной стороной международной конкурентоспособности российского бизнеса. В России, как в большинстве стран с переходной экономикой, компании не функционируют в соответствии с передовым опытом, выстраивая цепочки ценности неоптимальным образом. Зачастую стратегия компании узко сосредоточена на непосредственной деятельности и не уделяет достаточного внимания дизайну, маркетингу, обслуживанию потребителей, дифференциации продукции как конкурентным преимуществам компании.

Эффективность конкурентных стратегий во многом зависит от готовности компаний к постоянным изменениям, гибкости и инновационности управления. Как показано на диаграмме 8, успешному внедрению стратегических изменений в российских компаниях зачастую мешает неразвитость методик, процедур, навыков управления изменениями. То есть сдерживающим фактором является недостаточный опыт и образование менеджмента и персонала.

Диаграмма 8. Основные препятствия для успешного внедрения стратегических изменений в российских компаниях.



kk_4

Источник: Корпоративная культура, инновации и управление изменениями. Экспертное совещание Ассоциации менеджеров. 2003 г. –

http://www.amr.ru/research/review/detail.php?ID=3263
В целом микроэкономическая конкурентоспособность складывается из взаимодействия национальной среды бизнеса, в полной мере объясняемой факторами ромба конкурентных преимуществ, и компаний, функционирующих на территории страны. Благоприятная конкурентная среда дает возможность для дальнейшего развития компаний и применения передового управленческого опыта. В свою очередь, эффективная деятельность и стратегии, обеспечивающие рост производительности и развитие компаний, улучшают бизнес-среду за счет привлечения инвестиций, вложений в человеческий капитал, внедрения инноваций, расширения кластера. Прогресс одной составляющей данной системы приводит к улучшению второй, однако максимальная эффективность достигается при равномерном развитии обоих параметров. Пример России демонстрирует, что, несмотря на благоприятные макроэкономические условия, международная конкурентоспособность страны может отставать от ведущих стран и улучшаться невысокими темпами. Причиной этого, в частности, является отставание на микроуровне, где формируются основы роста производительности и национального благосостояния.

*****


Подводя итог всему сказанному во второй главе работы, можно заключить, что микроэкономический подход является неотъемлемой частью современной теории международной конкурентоспособности и методик ее оценки. В отличие от традиционного взгляда, подчеркивающего роль макроэкономических факторов (институтов, валютного курса, размера рынка и др.) в повышении уровня благосостояния национальной экономики, данный подход акцентирует внимание на роли компаний и эффективности их деятельности. Эти концепции тесно связаны и являются скорее взаимодополняющими, а не взаимоисключающими. В то же время, микроэкономический подход, позволяющий увидеть всю цепочку формирования стоимости от отдельной фирмы к экономике в целом, демонстрирующий связь эффективности компаний и национального благосостояния, раскрывающий системные взаимосвязи среды бизнеса в стране, представляет особый интерес для исследователей международной конкурентоспособности.

Главным теоретиком микроэкономического подхода является М. Портер, концепции которого идут в разрез с классической теорией международной торговли, где источником конкурентоспособности являются сравнительные преимущества. Его центральная идея заключается в том, что «Благополучие страны создается, а не наследуется. Оно не вырастает из природных богатств страны, ее трудового потенциала, процентных ставок или стоимости валюты, как настаивает классическая экономика».189 Сопоставляя конкурентные позиции различных стран, анализируя наиболее конкурентоспособные в мировом масштабе отрасли, Портер приходит к выводу, что основой благосостояния является национальная производительность, зависящая от эффективности использования ресурсов на уровне компаний.

Основу теории международной конкурентоспособности М. Портера представляет ромб конкурентных преимуществ, изображающий бизнес-среду страны как взаимодействие четырех взаимосвязанных областей: условия для факторов; состояние спроса; родственные и поддерживающие отрасли; устойчивая стратегия, структура и соперничество. Каждая из составляющих представляет, с одной стороны, фактор, повышающий национальную конкурентоспособность, с другой стороны, это те условия, которые должны быть созданы в стране путем целенаправленной государственной стратегии, чтобы ее компании могли успешно конкурировать в международном бизнесе. Модель дополняется двумя независимыми детерминантами, влияющими на каждую из основ ромба – «правительство» и «случай». Результатом эффективного взаимодействия этих параметров является быстрый рост производительности.

Системный характер взаимодействия составляющих ромба заключается в тесной взаимозависимости всех факторов с точки зрения их влияния на конкурентоспособность. Эффективность каждого элемента зависит от состояния трех остальных. Возможности отрасли прогрессировать и обновляться могут быть ограничены слабой позицией любой из четырех составляющих. Кластеринг также является прямым эффектом системного характера ромба: достаточно редко страны имеют лишь одну конкурентоспособную отрасль, как правило, конкурентоспособные отрасли связаны друг с другом вертикальными или горизонтальными отношениями, а также сконцентрированы в географическом плане, а не разбросаны в экономике беспорядочно. Таким образом, концепция кластеров является прямым следствием теории ромба, где кластеры рассматриваются не просто как одна из граней ромба, но как проявление взаимодействия всех четырех граней.

Концепция стадий экономического роста представляет механизм формирования конкурентных преимуществ стран в динамике. Динамический подход позволяет выделить ключевые стимулы и конкурентные вызовы, с которыми сталкивается национальная экономика на каждом этапе своего развития. По мере роста благосостояния, конкурентные преимущества и способы конкуренции стран проходят ряд характерных стадий (движение на основе факторов, инвестиций, инноваций или богатства), хотя темпы и траектория развития будут отличаться в каждом конкретном случае. Теория стадий экономического развития и концепция кластеров дополняют и развивают теорию международной конкурентоспособности, обращая ее в более практическое русло и создавая методологическую базу для количественного определения международной конкурентоспособности.

Теория международной конкурентоспособности не редко подвергается критике. Некоторые исследователи отмечают отсутствие оригинальных идей, другие говорят о ненаучности и излишней упрощенности модели, нацеленной на широкую публику. Зачастую выявляются дополнительные переменные, которые, по мнению того или иного экономиста, следовало включить в модель наряду с существующими факторами ромба. Отдельные замечания привели к дальнейшему дополнению и развитию теории международной конкурентоспособности в рамках американской (М. Энрайт) и британской (Дж. Даннинг) школ.

Наиболее последовательным и известным критиком концепции международной конкурентоспособности как таковой является П. Кругман, который считает ее не только необоснованной, но и опасной. Кругман протестует против такого подхода к конкурентоспособности, где страны выступают аналогом крупных корпораций, конкурирующих на мировом рынке. В отличие от компаний, делящих рынок, где успех одной возможен только в случае неудачи других, большинство индустриальных стран, торгующих конкурирующими товарами, в то же время являются друг для друга основными рынками сбыта и одновременно важными импортерами. Соответственно, представление о международной торговле как игре с нулевой суммой является ошибочным и опасным, поскольку ведет к протекционизму и торговым войнам. По мнению Кругмана, конкурентоспособность является излишним термином, поскольку практически всегда обозначает то же, что и производительность. По сути концепция Кругмана, во многом схожа с теорией международной конкурентоспособности Портера. Однако Кругман отказывается от данного понятия как излишнего и бесполезного, в то время как Портер, вкладывает в него свое собственное значение, формируя системную модель взаимодействия ключевых внутренних экономических факторов и их влияния на производительность.

Значение микроэкономического подхода подтверждается его широким применением в практических исследованиях. Методология двух наиболее авторитетных оценок конкурентоспособности стран базируется на ключевых элементах модели ромба конкурентных преимуществ (МИРМ) и теории стадий экономического развития (ВЭФ). В практических исследованиях микроэкономические основы, выявляющие роль эффективности компаний и бизнеса в формировании национального благосостояния, являются, наряду с факторами макроэкономическими, составной частью итоговой оценки конкурентоспособности стран. Конкурентоспособность бизнеса в стране, очевидно, тесно связана с макроэкономической составляющей, но, в то же время, развитие микроэкономических факторов может существенно отставать, сдерживая, тем самым, рост производительности и благосостояния даже при благоприятных условиях на макроуровне. Такая ситуация характерна и для экономики России, эффективность бизнеса которой относится к одной из самых слабых сторон ее международной конкурентоспособности.

Микроэкономическая конкурентоспособность, в целом, складывается из взаимодействия национальной среды бизнеса, в полной мере объясняемой факторами ромба конкурентных преимуществ, и компаний, функционирующих на территории страны. Прогресс одной составляющей данной системы приводит к улучшению другой, однако максимальная эффективность достигается при равномерном развитии обоих параметров. Теоретическая и практическая ценность микроэкономического подхода заключается в том, что он вскрывает глубинные механизмы формирования национального благосостояния, без понимания и анализа которых практически невозможно построить здоровую экономику и обеспечить устойчивый рост уровня жизни населения.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   19


База данных защищена авторским правом ©nethash.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал