Океан, мировое лидерство



Pdf просмотр
страница1/8
Дата21.05.2017
Размер0.99 Mb.
Просмотров487
Скачиваний0
  1   2   3   4   5   6   7   8
Майкл Барбер, Кейтлин Доннелли, Саад Ризви
ОКЕАНы ИННОВАцИй
АТЛАНТИчЕСКИй ОКЕАН, ТИХИй ОКЕАН, МИРОВОЕ ЛИДЕРСТВО И БУДУщЕЕ ОБРАЗОВАНИЯ
1
Авторы полагают, что в ближайшем будущем на позиции ли­
дера в мировой экономике выйдет Тихоокеанский регион, и ана­
лизируют значение этой перспективы для системы образова­
ния региона. Для обоснования данного прогноза приводятся
аналогии из истории экономического успеха стран Атлантики
и анализируются изменения в экономике, в результате кото­
рых за последние полвека лидерство перешло от Атлантики
к Азиатско­Тихоокеанскому региону. С учетом специфики миро­
вого лидерства в XXI в. предлагается новая модель стимулирова­
ния инноваций на разных уровнях каждого отдельного человека,
команд, организаций и общества в целом. Чтобы произвести ре­
волюцию в образовательной системе в целом, вдохновить новое
поколение и взрастить глобальных лидеров, способных ответить
на вызовы XXI в, авторы рекомендуют объединить оправдавшие
себя методы последовательного реформирования образова­
ния в каждой стране с передовыми идеями развития системных
инноваций.
Содержание
Предисловие
1. Уроки прошлого роль инноваций в формировании современного мира. Возвышение Атлантики. Тихий океан заявляет о себе. Усиление Азиатско-Тихоокеанского региона. Современность вызовы, с которыми столкнутся новые глобальные лидеры. Задачи мирового лидерства. Потребность в инновациях в Тихоокеанском регионе. Источники инноваций Barber, Katelyn Donnelly, Saad Rizvi. Oceans of innovation. The Atlantic, the
Pacific, global leadership and the future of education. L.: Institute for Public Policy
Research. August 2012 (пер. с англ. Н. Микшиной). © 2012 Суждения, высказанные в данном эссе, являются личным мнением авторов.
Статья поступила в редакцию в сентябре 2012 г.

110
Образовательная политика


3. Образование для будущего взращивание инновационного поколения. Образование для инноваций. чему нужно учить детей. Высокий фундамент и отсутствие потолка. Революция в системе образования. Заключение
Приложение: международные сравнения
В академических и интеллектуальных кругах сейчас много рассуждают о том, какого века нам ждать станет ли он азиатским или тихоокеанским — или Штаты преодолеют спад и будут лидировать в наступившем веке, как ив прошедшем. В данном эссе мы исходим из того факта, что после 350 лет преобладания в глобальной экономике Атлантики в ней очевидным образом усиливается влияние Тихого океана и Тихоокеанский регион скоро по меньшей мере разделит лидерство с Атлантикой.
Преимущественного внимания и активного обсуждения заслуживают, по нашему мнению, следующие вопросы. Какого рода лидерство необходимо в XXI в В какой мере Тихоокеанский регион готов обеспечить такое лидерство И каковы будут последствия того или иного ответа на эти вопросы для государственной политики региона, ив частности для образовательных систем?
Отвечая на эти вопросы, мы отталкиваемся от представления о важности инноваций. Инновации способствуют росту экономического влияния экономическое влияние укрепляет лидерские позиции в общемировом масштабе а глобальному лидеру, чтобы решить множество проблем человечества в течение следующих лет, требуются инновации. Если мы правы и инновации действительно являются ключевым понятием при определении мирового лидера, тогда даже лучшие в мире системы образования, многие из которых сосредоточены в Тихоокеанском регионе, должны кардинальным образом переосмыслить то, что они предлагают студентам.
Если мы правы, то предпринимателем и инноватором должен стать каждый. Сегодня в мире нет ни одной системы образования, которая бы была построена на основании такой философии. Если Тихоокеанский регион стремится к глобальному лидерству или предполагает хотя бы разделить его с кем-то, образовательная система региона должна быть коренным образом трансформирована. Об этом и пойдет речь далее.
Это эссе — результат непрерывного обсуждения, которое авторы вели вовремя совместной работы сначала над реформой образования в Пакистане (и эту работу мы продолжаем посей день, а затем будучи членами инновационной группы компании
Pearson, самой большой в мире компании, занимающейся проблемами образования, и стараясь найти решения, открывающие доступ к качественному образованию людям всех возрастов на всех
Предисловие
континентах. что еще нас объединяет — так это безудержное любопытство и упорство в изучении мира, в котором мы живем.
Мы хотим обратить особое внимание на две особенности нашего обсуждения. Во-первых, мы родились и выросли на разных континентах — европейском, американском и азиатском, и каждый из нас привнес в это эссе свой уникальный опыт. Также мы работали и путешествовали в разных уголках мира. Разумеется, мы всего лишь три человека, которые пытаются постичь дилеммы
XXI в, но все-таки мы можем, хоть в какой-то степени, представить обозначенную проблему в глобальной перспективе.
Во-вторых, наше обсуждение — это разговор представителей разных поколений Майкл, которому пятьдесят с хвостиком, увлеченно спорит с Кейтлин и Саадом, которым по двадцать сне- большим. По мере того как дебаты разгораются, возникает ощущение возможно, порожденное недавно вышедшими публикациями по креативности и инновациям, — что межпоколенческий диалог весьма эффективно стимулирует инновации, и организациям, желающим преуспевать в XXI в, следовало бы сознательно его применять. Именно по этой причине Майкл подавляет периодически возникающее у него желание потребовать более почтительного отношения к себе со стороны молодых коллега Кейтлин и Саад с пониманием относятся к попыткам Майкла поладить с современными технологиями.
По этим же причинам мы в равной мере несем ответственность за итоговое эссе и за любые ошибки, которые могли пропустить
2
Майкл Барбер, Кейтлин Доннелли, Саад Ризви
Август 2012 г октября 1884 г. представители 25 стран мира — 41 выдающийся деятель — собрались в Вашингтоне для решения насущной проблемы. Из этих 25 стран выход к Тихому океану имели Россия, США, чили и Мексика, но только Япония и Королевство
Гавайи безоговорочно могли быть отнесены к Тихоокеанскому региону по своему местоположению. Собравшая их вместе проблема обострилась в связи с расширением международной торговли в распоряжении мореплавателей теперь былине только парусные, но и паровые суда. Делегаты хотели прийти к обоснованному глобальному соглашению относительно меридианов и, соответственно, часовых поясов. Нулевой меридиан они решили провести через Мы благодарны Рейчел Айзенберг, оказавшей нам всестороннюю помощь, в том числе исследовательскую. Мы также признательны Доминику Бартону, Тони Блэру, Арне Дункану, Джулии Гиллард, Питеру Хиллу, Бену Дженсену,
Теду Митчеллу, Нику Пирсу и Мартину Вулфу, с которыми мы обсуждали темы, затронутые в этом эссе, на этапе его написания. Кроме того, приятными плодотворным было наше сотрудничество си институтом Grattan. Мы также благодарим Организацию Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества, и особенно русских организаторов мероприятия. Именно приглашение участвовать в саммите АТЭС 2012 г. во Владивостоке побудило нас к написанию этой брошюры. Уроки прошлого роль инноваций в формировании современного мира
Майкл Барбер, Кейтлин Доннелли, Саад Ризви
Океаны инноваций

112
Образовательная политика


Гринвичскую обсерваторию в Лондоне, что неудивительно, учитывая владения Британской империи в то время. Логичным следствием этого решения стало проведение международной линии перемены дат через середину Тихого океана. Собравшиеся поздравили друг друга стем, что эта линия проходит почти полностью, от полюса до полюса, под водой, а не по земле. Они никак не отметили просто потому, что это было для них очевидно и не нуждалось в фиксации, — тот факт, что, встретившись в Вашингтоне, чтобы провести меридиан через Лондон, они тем самым недвусмысленно утвердили главенство Атлантики. Атлантический океан находился в центре мировой экономики. Тихий океан, разделенный линией перемены дат и удаленный от Атлантики, был на вторых ролях.
Превосходство Атлантики, зафиксированное в 1884 г. в Вашингтоне, подтверждалось наделе почти 500 лет, начиная с завоевания Мексики Испанией в 1519 г. и вплоть до середины XX столетия. Постоянный поток серебра через Атлантику из Картахены современная Колумбия) в Севилью (современная Испания) обеспечивал могущество испанской супердержавы в XVII столетии. Вначале в. Франция, Голландия и Англия стали открывать для себя более широкие возможности экономики Атлантики. Серебро, без сомнения, обогатило Испанию, но оно же принесло с собой инфляцию и зависимость — тоже самое мы видим в нефтяных эко- номиках современного мира. Благосостояние, основанное на торговле, было более надежным.
Преимущества торговых путей, проложенных через Атлантику, были обнаружены не сразу сначала недругов Испании выводило на просторы океана стремление расстроить дела испанцев, аза- тем — религиозные мотивы. В 1582 г. Ричард Хэклейт, английский поборник колонизации Америки, утверждал, что блага последуют, если прежде того мы будем искать царство Божие [Brigden, 2000.
P. 278]. Спустя 20 лет Самюэль де Шамплен, основатель французской Канады, пересекший Атлантический океан — хотя в это с трудом верится — 27 разине потерявший ни одного корабля, призывал исследовать реку Святого Лаврентия, потому что по этой великой реке могла бы осуществляться торговля (в особенности прибыльная торговля мехом [Fischer, 2008. P. 238]. Дабы использовать эту возможность, 3 июля 1608 гон основал Квебек. Голландцы быстро утратили интерес к торговле через Атлантику, они возлагали большие надежды на пряности Востока. Этим объясняется принятое в 1667 г. непостижимое, по крайней мере в ретроспективной оценке, решение в обмен на заброшенный остров Ран <…> в Ост-Индской глуши отдать англичанам столь же безвестный в то время остров в Северной Америке — Манхэттен
[Milton, 1999. P. 363]. Однако голландские художники вполне понимали значение Атлантического океана знаменитая шляпа на картине Вермеера Офицер и смеющаяся девушка сшита из канадской бобровой шкурки [Brook, 2009. P. 29ff]. Св, с развитием
1.1. Возвышение Атлантики
торговли через Атлантику, заметно выросло благосостояние населения сначала на Европейском побережье, ас конца столетия — ив Северной Америке.
Как утверждают Дарон Аджемоглу и Джеймс Робинсон в книге Почему распадаются государства [Acemoglu, Robinson, 2012], расцвет торговли через Атлантику в XVII в. привел к появлению в Англии торгового, те. капиталистического, класса, требовавшего ограничения власти монарха. В XVIII в. торговля через Атлантику стабильно расширялась, несмотря на бесконечные конфликты между Великобританией и Францией, включая войну за независимость Америки. В результате возникли условия для начала промышленной революции, которая стала набирать обороты с середины столетия и дополнительно усилила Атлантический океан как центр мировой экономики. Объемы торговли вновь возросли, когда американский хлопок начали отправлять в Северную Англию, где из него делали пряжу и на британских кораблях развозили готовые изделия по всему миру. Ко времени вашингтонской конференции г. через Атлантику давно уже велась торговля зерном с необозримых прерий его отправляли по Великим озерами вдоль Эри-канала в Нью-йорк, а оттуда через Атлантику на пропитание быстро увеличивавшегося населения Великобритании на обратном пути корабли часто везли готовые товары. Вскоре на смену каналам пришли железные дороги, и объемы торговли опять увеличились.
Но самое главное — с расширением торговли товарами ускорился и усилился оборот идей. Действительно, по мере развития торговых связей через Атлантику стремительно распространялось научное мышление экспоненциально расширялось пространство публичных дискуссий и частных контактов, чему способствовала большая доступность печатной продукции. Все, что можно отнести к просвещению в широком смысле, — от законов движения Исаака Ньютона до высмеивания Вольтером религии, а также рост прослойки образованной элиты, все чаще перебиравшейся из своих имений в города, — все соединилось, чтобы породить инновации в традиционном укладе, будь то сельское хозяйство или производство.
К середине XVIII в. об инновациях рассуждали не только европейцы, дискуссии о них, что особенно важно сточки зрения выдвинутого нами тезиса, стали трансатлантическими. Если вам доведется побывать в усадьбе Томаса Джефферсона в Монтичелло, штат Вирджиния, вы узнаете происхождение его долгов и поймете, насколько великий американец был погружен в трансатлантические дискуссии оправах, демократии, науке и искусстве. Посетив Королевское общество изобразительных искусств, которое по- прежнему находится на Стрэнде в Лондоне, вы также найдете свидетельства трансатлантического диалога с участием Бенджамина
Франклина — героя Парижа, Лондона и Филадельфии, — диалога, посвященного последним открытиям в самых разных областях Майкл Барбер, Кейтлин Доннелли, Саад Ризви
Океаны инноваций

114
Образовательная политика


человеческой деятельности, от транспорта и электричества до политики и религии.
Дженни Аглоу в своей замечательной книге Люди с Луны рассказывает, как пересеклись пути нескольких мужчин (но еще не женщин) из центральных графств Англии и как они создали Лунное общество, чтобы обсуждать изменения, происходившие в современном им мире. Среди них был Джозеф Пристли, открывший кислород в результате эксперимента на собственной кухне, Джеймс Уатт и его деловой партнер Мэттью Болтон, превратившие паровой двигатель в локомотив промышленной революции,
Джозайя Веджвуд, поставивший на промышленные рельсы гончарное дело, и Эразм Дарвин (дедушка еще более прославленного чарльза), который был первопроходцем в медицине, ботанике и поэзии. Оставшиеся записи — даже убедительнее, чем достижения этих мужей, — свидетельствуют об их неуемной любознательности и творческом заряде обсуждений, которые они вели не только на ежемесячных встречах общества, но ив обширной переписке, причем большую часть тем давали им события, происходившие на противоположном берегу Атлантики. Так, для Джозефа
Пристли самопересечение Атлантики стало экспериментом. Он хотел понять, почему дорога из Великобритании в Америку занимает больше времени, чем это же путешествие в обратном направлении. Результатом его размышлений стало открытие течения
Гольфстрим.
В основе событий и отношений, о которых пишет Аглоу, лежит модель инновации, которая появилась в середине XVIII столетия и до сих пор не теряет своей актуальности. Все члены Лунного общества отличались поразительной любознательностью. Они ничего не принимали на веру и подвергали сомнению традиционные религиозные объяснения. Они без конца дискутировали, делясь свежими идеями, и приветствовали критику со стороны друзей. В тоже время они не спешили отвергать идею, которая с первого взгляда казалась безумной или неосуществимой подавляя в себе естественное недоверие к таким идеям, они искали способы проверить их научными методами. Они сводили воедино предметы и темы, разрушая привычные границы использовали пар в горном деле, объединяли геологию с гончарным делом, применяли науку в сфере политики. Они подробно описывали все, что делали, как для порядка, таки для стимулирования рефлексии. Не менее важен тот факт, что в этой среде возникло сотрудничество изобретателей и предпринимателей таким образом они могли одновременно думать и о деле, и о выгоде и постоянно искать способы не только применить новые идеи, но и добиться их распространения. Один паровой двигатель представлял собой интересное изобретение, а много паровых двигателей, преобразовавших горное дело, хлопчатобумажное производство и, наконец, транспорт, означали новую эпоху в развитии человечества. Производство в условиях роста рыночных экономик на обоих побережьях Атлантики
становилось доступным для активно формировавшегося среднего класса. Спроси предложение увеличивались, подстегивая друг друга.
Участники Лунного общества сразу оценили революционный потенциал своих занятий. Иерархия английского общества, — писал Пристли, — может заколебаться даже от пневмонасоса или электрического генератора [Uglow, 2002. P. 77]. В 1767 гон выразил свою мысль в более развернутом политическом манифесте Дайте нам наслаждаться свободой самим, а благословлять свободу предоставьте нашим потомкам. Правительство, утверждал он, должно быть слугой, а не господином народа Благосостояние и счастье <…> членов любого государства — великая мерка, по которой в конечном счете должно судить обо всем, что относится к этому государству [Ibid. P. 169].
Пристли написал эти слова еще до того, как разыгралась драма американской и французской революций, но уже тогда было ясно, насколько зависимы друг от друга наука и инновации, с одной стороны, и свобода слова и инклюзивное общество — с другой. Именно здесь нужно искать причины столь существенного превосходства экономики Атлантики вплоть до второй половины XX в. Глобальное лидерство стало результатом экономического влияния, а экономическое влияние — следствием прежде всего экстраординарной способности к инновациям. Излишне говорить, что это превосходство не досталось даром — стоит вспомнить варварство работорговли в Атлантике, а позднее колониализма, с которым Тихоокеанский регион был знаком не понаслышке.
Но здесь и речи нет о нравственном превосходстве. Власть есть следствие экономического роста, а экономический рост — результат реализации инновационного потенциала, ив вв. атлантические сообщества во главе с Великобританией в силу ряда обстоятельств дали зеленый свет инновациям. И с последствиями такого их выбора мы имеем дело до сих пор. В 1500 г. вряд ли кто-то мог бы предсказать, что кг. Западная Европа, а тем более Северная Америка займут ведущие позиции в мире. Скорее этого можно было ожидать от Османской империи или Китая. Кг. жребий был брошен. Ключами к лидерству были открытость и конкуренция открытость торговле, открытость научным фактам, открытость идеями открытость разным точкам зрения и вместе стем конкуренция между странами за блага и влияние. Именно это сочетание факторов обусловило скачок вперед в развитии инноваций среди атлантических держав его совершили Великобритания, Франция, Нидерланды и Соединенные Штаты, а Испания и Португалия, которые вступили в XVI в, имея огромные преимущества перед другими государствами, свели их на нет по причине правивших в них деспотичных монархий и традиционных религиозных иерархий.
Если попытаться определить какой-то один момент, который символизирует доминирование Атлантического океана, Майкл Барбер, Кейтлин Доннелли, Саад Ризви
Океаны инноваций

116
Образовательная политика


то это, наверное, будет август 1941 г, когда президент
Франклин Д. Рузвельт и премьер-министр Уинстон черчилль встретились на борту крейсера «Огаста» в бухте Плацентия, Ньюфаундленд, чтобы согласовать документ, впоследствии названный Атлантической хартией. Хотя США еще только готовились вступить во Вторую мировую войну, в хартии две державы декларировали свои цели в этой войне они обязались не только отказаться в случае победы от территориальных претензий, но и отстаивать права государств на самоопределение и свободу. Конечно, действительность послевоенных лет не всегда отвечала этим благородным устремлениям, тем не менее приверженность государств Атлантического океана ценностям свободы была закреплена.
Великий английский поэт Джон Китс так представлял себе вначале в. момент, когда европейцы впервые увидели просторы Тихого океана:
Вот так Кортес, догадкой потрясен,
Вперял в безмерность океана взор,
Когда, преодолев Дарьенский склон,
Необозримый встретил он простор
3
Но, разумеется, для многих других народов Тихий океан не был открытием. Китайские императоры династии Минь в период с 1405 по 1433 г. снаряжали несколько экспедиций вдоль тихоокеанских берегов Китая и дальше, до Персидского залива и Восточноафриканского побережья, под руководством великого мореплавателя чжэн Хэ. Однако после этого путешествия прекратились, и правители Китая сосредоточили свое внимание на огромном Азиатском континенте.
Между тем европейцы, в XV столетии обнаружившие путь из Атлантического океана в Индийский, в дальнейшем сумели пройти на кораблях из Атлантического в Тихий океан и стали первыми, кто совершил кругосветное плавание. Кг. священни- ки-иезуиты во главе с Маттео Риччи переплыли Южно-Китайское море и добрались до Китая в надежде обратить этот народ в христианство. Новообращенных на их счету было немного, и когда
Риччи умер в Китае, на его могиле написали Тому, кого привело в Китай почитание нашей системы правосудия [Laven, 2011.
P. 242–243] — раннее свидетельство того, что Китай сам хотел учить Запада не намеревался учиться у него. В конце XVI вис- панцы колонизировали Филиппины, ив Тихом океане впервые возникли торговые пути. В течение 250 лет Филиппины управлялись из Мехико и считались отдаленным форпостом Испанской империи. Испанские колонии торговали между собой и с Китаем, но масштабы этих товарообменов не идут нив какое сравнение с трансатлантической торговлей XVII–XVIII вв. Это была торговля Джон Китс Сонет, написанный после прочтения Гомера в переводе чапмена», пер. С. Сухарева.
1.2. Тихий океан заявляет о себе
внутри закрытой системы или между преимущественно закрытыми системами.
До конца XVIII в до экспедиций великого английского мореплавателя Джеймса Кука, вовремя которых он достиг Тихого океана, — большая часть океана оставалась некартографиро- ванной. В результате рокового столкновения Тихого океана с Великобританией [Moorehead, 2000] океан был открыт, и не в последнюю очередь этому способствовал китобойный промысел, который привел к созданию мифа о Моби Дике и одновременно к разрушению традиционного лова. Потом пришло время калифорнийской золотой лихорадки — после открытия в 1849 г. золотой жилы на холмах поблизости от Сан-Франциско. Благодаря телеграфу, изобретенному за пару лет до этого, новости распространялись быстро, и вскоре шахтеры, спекулянты и охотники за наживой — специалисты в самых разных областях — потянулись через Тихий океан в Калифорнию с юга, из чили, и с запада, из Китая. Пока в 1869 г. не построили трансконтинентальную железную дорогу, путь посуше с Восточного побережья США до Калифорнии был намного более трудоемкими опасным, чем пересечение Тихого океана. Изабель Алленде прекрасно воссоздала этот период истории в своем романе Дочь фортуны, действие которого разворачивается в Вальпараисо и Сан-Франциско.
Еще через несколько лет черные корабли коммодора Перри открыли прежде недоступную Японскую империю для международной торговли. Ее объемы и скорость передвижения товаров быстро нарастали с распространением пароходов, железных дороги телеграфа. Публикуя в 1873 г. свою книгу Вокруг света задней, знаменитый французский писатель Жюль Верн уже мог не опасаться, что приключения его героев покажутся читателю фантастическими. Герой книги, Филеас Фогг, за 22 дня пересекает Тихий океан на пароходе по маршруту йокогама — Сан-Франциско: такое путешествие было бы немыслимым всего за пару лет до этого.
Тем не менее Тихий океан оставался тихой заводью по сравнению с Атлантикой, масштабы торговли в которой достигли беспрецедентного уровня. С 1865 г. начал работать трансатлантический телеграф, он почти молниеносно доставлял через океан не только новости, но и курсы акций и другую необходимую экономическую информацию и послужил мощным катализатором обмена товарами и идеями.
Не все правители XIX в. приветствовали революцию в средствах связи, и их сопротивление сдерживало развитие экономики Тихого океана, в то время как Атлантический регион процветал. Япония полностью отвергала подобные преобразования вплоть дох годов. Китай в конце XIX в. был очень слаб сказалась как колониальная зависимость, таки внутренние неурядицы — неэффективное правление, конфликты элит и крестьянские восстания. Император Австро-Венгрии — страны, практически не имевшей выхода к морю и почти не участвовавшей в экономическом Майкл Барбер, Кейтлин Доннелли, Саад Ризви
Океаны инноваций

118


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©nethash.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал