И кевин спрингер



Скачать 443.11 Kb.
страница2/15
Дата18.01.2017
Размер443.11 Kb.
Просмотров1448
Скачиваний0
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
ЧАСТЬ I

Почему Иисус исцеляет?


  1. Долгая Борьба

В один прекрасный солнечный день в июне 1964 года мой трехлетний сын Шон отошел далеко от дома в том месте, где мы жили, в Йорба Линде, штат Калифорния. Когда моя жена Кэрол заметила пропажу Шона, она не придала этому большого значения, поскольку местность, в которой мы жили, была тихая и хорошо охраняемая, окруженная со всех сторон эвкалиптами и многочисленными апельсиновыми рощами, от которых и пошло название – Ориндж Каунти (прим. пер. -- «Апельсиновое Графство»). Эти рощи также служили идеальным местом для разведения пчел. Задние дворы многих домов были утыканы белыми коробочками с пчелиными колониями и богатыми медом сотами.

Тем не менее, когда Кэрол вышла на крыльцо в поисках Шона, она услышала вопли, раздающиеся с одного из таких двориков. Своим материнским чувством Кэрол мгновенно почувствовала, что Шон попал в серьезную переделку. Она позвала меня, и мы устремились вниз по улице.

Мы с Кэрол обнаружили маленького Шона, когда он бесцельно шел с вершины холма на соседском дворе, в ужасе отмахиваясь от жалящих его пчел. Он забрел на соседскую пасеку, потревожив пчелиный рой.

Мы подхватили Шона, отогнали пчел и помчались домой. Еще на пути к дому я заметил, как его тело покрывается уродливыми красными шишками. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда я, пробежав несколько ярдов до дома, и вбежав в спальню, уложил Шона на кровать. К тому времени он притих, может быть, потому что мы с Кэрол держали его на руках, а, скорее всего, от пережитого шока. Когда я снял с него рубашку, под ней было еще несколько уродливых красных укусов.

После первого шока от увиденного, я взял себя в руки и стал молиться за исцеление Шона. Но как же, думал я, мне молиться? Лишь совсем недавно пастор предупредил меня об опасности, так называемых, харизматических даров исцеления и говорения на языках. «Они вносят разделение», - говорил он.- «А дьявол их еще и подделывает. Лучше всего держаться от них подальше. То, что тебе нужно, – так это здравое вероучение, а не излишества наподобие этих даров». Что же мне следовало думать? Я был молод во Христе и не хотел увлечься ошибочным учением.

Но состояние моего сына смело все эти аргументы. Я начал молиться за исцеление Шона, но не знал, как это делать. Я отчаянно нуждался в словах, как вдруг стал молиться на языке, которого не понимал. Мои «языки» усиливались воззваниями к Богу: «Исцели его, Иисус, исцели его». Чем дольше я молился, тем больше чувствовал прилив уверенности и силы. Я испытал высвобождение веры для исцеления (хотя тогда не знал, как это называется). Во время молитвы я видел, как шишки на теле Шона стали исчезать. Через пять минут Шон спокойно спал, а я был немного смущен происшедшим. Когда Шон через несколько часов проснулся, у него на теле была всего одна красная шишечка. Он был исцелен.

ЗАКРАДЫВАЮЩИЕСЯ СОМНЕНИЯ


Сначала мы с Кэрол были потрясены исцелением Шона. Но вскоре после этого под влиянием различных людей мы начали сомневаться в Божественном исцелении. Когда Шон исцелился, я верил, что именно Бог исцелил его чудесным образом. Но слушая учение, утверждающее, что Бог в наши дни не совершает чудесных исцелений, я начал терять эту уверенность. Затем я стал относиться к этому вопросу равнодушно. Я думал: «А кто знает? Может быть, есть исцеления, а может, и нет. Может быть, Шон и получил исцеление. Скорее же всего, он просто поправился сам собой. Возможно, у него есть иммунитет к пчелиным укусам». (От этой мысли впоследствии пришлось отказаться, когда Шон наступил на пчелу, и его нога распухла настолько, что не влезала в ботинок.)

В это же время нас с Кэрол пригласили на харизматическую группу по изучению Библии. Большинство из приходящих туда были членами традиционных протестантских церквей. Однажды во время изучения Библии кто-то заговорил на языках, а затем истолковал сказанное (см. 1 Коринфянам 14:26-28). Мы не знали, как реагировать на это, новое для нас, событие. Толкование начиналось словами: «Так говорит Господь...» и было обращено к собравшимся людям. Из-за этого Кэрол почувствовала себя неуютно. (Не могу сейчас вспомнить, что конкретно там было сказано.)

Кэрол решила поглубже исследовать языки и их толкование. Что-то настораживало ее. Она просмотрела все ссылки Писания, касающиеся языков и толкования и обнаружила, что во всех случаях они были хвалой Богу или говорили о Боге, но никогда Бог не давал через них наставления Своему народу.1 «Языки и их толкование», – подумала Кэрол, - «не могут исходить от Бога». Она заключила, что нас оболванили! Должно быть, в харизматических кругах действовал очень сильный бес, возможно, даже сам антихрист. Она рассказала мне о своем открытии, и я также решил, что собрание, на которое мы приходили, было не от Бога. Мы использовали свой опыт для оценки всех харизматических даров, включая исцеление, заключив, что нам следует опасаться их. В результате, мы больше не были открыты для харизматических даров.

Оглядываясь назад на наше первое харизматическое молитвенное собрание, я теперь понимаю, что мы были виновны в поспешном обобщении. Мы сделали вывод, что, если одна доктрина или практическое служение какого-либо движения было ложным, следовательно, и все движение было ложным. Конечно, были случаи, когда ошибочность в одной доктрине, например, воскресения из мертвых или непорочного зачатия, ввергала целое движение в ересь. Но в нашем случае мы сравняли языки и толкование с ошибочным учением о такой доктрине, как искупление! Более того, мы пришли к выводу, что если языки и толкование являются ложными, значит, и все харизматические дары, включая Божественное исцеление, являются ложными.

То, что пережили мы с Кэрол, является примером борьбы с принятием Божественного исцеления, через которую проходят многие христиане. Некоторые из множества причин этого глубоко укоренившегося и упорного неприятия я рассмотрю дальше в этой главе.

терминология


Многие христиане колеблются с принятием исцеления, поскольку боятся, что оно может быть связано с серьезными ошибками, и даже с оккультной практикой. Эта озабоченность имеет под собой хорошее основание. Разновидности движения «Новый Век», такие как психическое целительство, а также многие аспекты холистической медицины, стали весьма популярны на Западе, они сопровождаются сильными дозами восточных религий, особенно пантеизмом (т.е. верования, что все творение в совокупности и является Богом).2

Дж. Сидлоу Бакстер в своей книге «Божественное Исцеление Тела» приводит четыре понятия, обычно имеющих отношение к христианскому исцелению: Божественное исцеление, чудесное исцеление, исцеление верой и сверхъестественное исцеление. «Каждое из этих понятий используется в неясном контексте той или иной группой», - отмечает он, - «что приводит к замешательству, а то и к болезненному разочарованию».

Описывая христианское исцеление, я нахожу понятие «Божественное исцеление» наиболее уместным. То, что я подразумеваю под Божественным исцелением, не следует путать с учением Мэри Бейкер Эдди об исцелении. «Христианская Наука» отвергает утверждение о Боге, как о Личности, в то время как христианство учит, что Христос является Богом, вторым лицом Троицы – полностью Богом и полностью человеком. Иисус не похож на безличное «Оно» восточных религий так же, как и на туманный «Моральный Принцип» многих современных теологов. «Ибо в Нем (во Христе) обитает вся полнота Божества телесно», - пишет Павел в Послании Колоссянам 2:9 (также см. Евр. 1:2-4). «Говоря о «Божественном исцелении», - пишет Бакстер, - «мы всегда подразумеваем исцеление прямым вмешательством единственного истинного Бога, живого и личностного Бога, явленного в Священном Писании и прославленного в нашем Господе Иисусе Христе».3

Понятие «Божественное исцеление» лучше, чем:



Чудесное исцеление. Слабое место этого термина заключается в том, что чудеса совершают также и сатана с бесами (см. Втор. 13:1-3; Деян. 8:9-25; Откр. 13:13; 16:14; 19:20). Итак, чудесные исцеления могут иметь, а могут и не иметь Божественное происхождение.

Исцеление верой. Читающие эту фразу могут понять, что источником исцеления является вера человека, а не Иисус. Хотя вера важна для исцеления, я предпочитаю понятие «Божественное исцеление», которое делает ударение на главенстве Божьего действия, а не на человеческом отклике на него.

Сверхъестественное исцеление. Бакстер утверждает: «Когда мы говорим о «сверхъестественном исцелении», мы подразумеваем необъяснимое с точки зрения науки чудо. Мы не обязательно имеем в виду Божественное исцеление, поскольку сверхъестественное и Божественное не являются синонимами. Сатана и подчиненные ему ангелы и бесы являются сверхъестественными существами и могут совершать сверхъестественные дела».4

Психическое исцеление. Психическое исцеление включает в себя такую оккультную практику, как психометрия (постановка диагноза по вещи, принадлежащей человеку), медиумическую и спиритическую диагностику с помощью духов-медиумов и ясновидения. Такая практика строго запрещена в Писании (Втор. 18:9-13).

Линда Коулман в своей статье «Христианское исцеление: есть ли оно на самом деле?» пишет следующее:


«Джон Стотт утверждает, что «всякое исцеление является Божественным, как без применения, так и с применением физических, психологических или хирургических средств». Несмотря на то, что замечание Стотта является верным в своем контексте, мы предпочитаем ограничить использование понятия «Божественное исцеление» теми случаями, когда Бог вмешивается напрямую, обходя естественные процессы организма и умения врачей и медсестер».5
Я понимаю христианское исцеление, и особенно термин «Божественное исцеление» таким же образом. Я пишу о Божественном исцелении исключительно с христианских позиций, которые объединяют богатое наследие как протестантской, так и католической традиций.

Многие группы, базирующиеся на восточной религиозной философии, такие как, например, Трансцендентальная Медитация или Эканкар, сообщают о том, что регулярно исцеляют больных. Христиане не отметают такие утверждения; вполне возможно, что во многих случаях люди действительно исцеляются. То, что следует отвергнуть, так это источник таких исцелений, который не находится в Боге. В Писании есть примеры исцелений не от Бога. Например, египетские волшебники в Исходе 7:8-13. Я хочу сказать следующее: мы можем признать, что сверхъестественное исцеление может иметь и нехристианское происхождение, не отвергая при этом существования Божественного исцеления. Но зачастую как нехристианские, так и христианские утверждения о сверхъестественном исцелении отвергаются потому, что христиане ошибочно полагают, как, впрочем, и мирские скептики, что чудес в наши дни не бывает. В семнадцатом веке Блез Паскаль писал, комментируя эту проблему:


«Мне представляется, что истинная причина (существования множества ложных чудес, ложных откровений и т. д.) кроется в том, что существуют истинные чудеса, ибо не было бы возможным существование стольких ложных чудес, если не было бы настоящих, или стольких же лже-религий, если не было бы истинной... Таким образом, вместо заключения, что истинных чудес не бывает по причине обилия ложных, мы должны, напротив, сказать, что существуют истинные чудеса, поскольку много ложных; и что ложные чудеса и существуют лишь из-за существования истинных; и также лже-религии существуют только по причине существования одной истинной».6
ДВЕ ФИЛОСОФИИ, ОДНО МИРОВОЗЗРЕНИЕ
Утверждение Паскаля открывает еще одну причину неприятия многими христианами Божественного исцеления: всепоглощающее влияние секуляризированного западного мировоззрения. Несмотря на искреннюю веру во Христа, мышление многих христиан запятнано материализмом и рационализмом. Эти две философии, образующие вместе краеугольный камень современного секуляризма, уходят корнями в эпоху французского Возрождения XVIII века. За прошедшие двести лет они преуспели в своем влиянии на западное мышление.

Материалистическое мировоззрение исходит из того, что не существует ничего, кроме материи, ее движений и форм, и что в жизни нет никакой сверхъестественной инстанции. Рационализм утверждает, что всему можно дать рациональное объяснение, и найти рациональное разрешение всех человеческих проблем, не оставляя места Божественному провидению.

Большинство христиан осознают более явные антихристианские результаты секуляризма: стремление к обогащению, наживе и сексуальную распущенность. Пытаясь избежать этого, они, тем не менее, попадают под влияние секуляризма в другом. Одним из примеров является сложность принятия того факта, что сверхъестественное вмешательство, особенно физическое исцеление, существует в материальной вселенной.7

Однако, многие Западные христиане не согласятся с таким определением, утверждая, что материализм и рационализм не оказывает на них никакого влияния, что они не отвергают сверхъестественные явления, такие как непорочное зачатие, божественность Христа или воскресение. Но даже ортодоксальный верующий подвержен утонченному влиянию секуляризма. Не вызывая прямого отвержения возможности сверхъестественных феноменов или действия Божественного провидения, особенно того, что касается жизни Христа в первом столетии, секуляризм, тем не менее, склоняет христиан к сомнениям в современных случаях сверхъестественных проявлений.

Я вижу влияние секуляризма в теологических трудах, даже написанных в евангелических семинариях. Например, несколько лет назад мой помощник попросил библиотекаря одной большой и престижной евангелической семинарии в Соединенных Штатах предоставить ему список наиболее используемых в семинарии книг, особенно популярных среди первокурсников. Библиотекарь представила список из двадцати семи трудов, в основном, многотомных изданий, включающих в себя словари, такие как «Новый Словарь Теологии Нового Завета» и энциклопедии, такие как «Новая Католическая Энциклопедия». Затем мой помощник внимательно исследовал каждый том, выделяя страницы, посвященные исцелениям, чудесам и знамениям. Из всех просмотренных 87125 страниц общее количество страниц (а также в процентном соотношении), посвященных исцелениям, чудесам и знамениям составило:
Страницы Процентов

Исцеления 71 0,08

Чудеса 131,5 0,15

Знамения 85 0, 10


Когда мы сравним большое количество стихов, посвященных исцелениям, чудесам и знамениям в Новом Завете (особенно, в Евангелиях), с немногим количеством страниц, отведенных этим темам в современной литературе, можно сделать естественный вывод о влиянии секуляризма на христианских теологов.

Конечно, не всякий скептицизм является нездоровым. Я не призываю вас быть легковерными. Вся проблема с тем, что мы исключаем из нашего поля зрения, что ускользает от нашего внимания. Многие утверждения об исцелении являются ложными, как например фантастические выдумки Элмера Гэнтриса и подобных ему людей, пытающихся нажиться на вере других, а также многие подобные утверждения являются результатом самообмана искренних людей. Римско-католическая церковь подходит к рассмотрению чудес со строгими критериями, чтобы убедиться в их истинности, особенно исцелений. Исцеления являются необходимым условием для канонизации святых. Способность исцелять – это важное подтверждение святости человека, сверхъестественная печать одобрения.

Таким образом, многим христианам, уловленным в сети западного секуляризма ( а лишь немногие из нас полностью избежали его влияния), предстоит преодолеть огромное препятствие, прежде чем они смогут молиться за больных. Это препятствие – мнение или вера в то, что сверхъестественных исцелений в наши дни не бывает.
ТЕОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕЧЕНИЯ
Существует давняя теологическая традиция, отрицающая чудеса в наши дни. Большинство тех, кто придерживается этой традиции, утверждают, что Писание учит о прекращении исцелений в ранней церкви. В зависимости от конкретного теолога, звучат утверждения, что исцеления ( чудеса и знамения в общем смысле) исчезли после установления власти первых апостолов (конец апостольского периода) или после того, как церковь распространилась повсеместно и была официально признана. (Что касается последнего утверждения, то согласно ему целью чудес и знамений было подтверждение истинности христианского послания. В них отпала нужда после распространения церкви и получения ею официального признания, что произошло, по утверждению многих теологов, после Карфагенского Собора в 397 году, на котором собравшиеся епископы четко определили канон Нового Завета).

Диспенциалисты - христиане, подразделяющие Божье действие в истории на различные «диспенсации» или эры, являются самыми большими ревнителями теории исчезновения даров. Библия с комментариями Скоуфилда, в которой диспенциалистская теория пронизывает Писание сотнями ссылок, популяризовала теорию исчезновения даров среди миллионов англо-говорящих фундаменталистов и евангельских христиан.

Многие христиане Реформированной и Лютеранской традиции также учат теории исчезновения даров.8 Как Кальвин, так и Лютер (последний в конце жизни изменил свою позицию по этому вопросу) полагали, что харизматические дары исчезли после первого столетия. (Кальвин и Лютер жили примерно за двести лет до эпохи Просвещения. Они отрицали Божественное исцеление как по причине неприятия католического почитания святых, так и потому, что придерживались католической теологии страдания).

Кальвин пишет в своем труде «Институты Христианской Религии»:


«Дар исцеления, как и прочие чудеса, которые Господь изволил на время дать нам, исчез, дабы вовеки превознести проповедь Евангелия... (Исцелению) сейчас нет места среди нас, поскольку нам не вверено управление такими силами».9
Лютер в своем раннем труде «Проповеди по Евангелию от Св. Иоанна» пишет, что время чудес ограничивалось ранней церковью, и что «апостолы проповедали Слово и оставили свои писания, и более ничего, кроме написанного не может быть открыто, больше нет необходимости ни в каком новом и особом откровении или чуде».10 Необходимо отметить, что в своих поздних трудах Лютер подтвердил, что верит в современные чудеса.

В противовес многим Протестантским вероучениям, Римско-католическая теология утверждает возможность совершения чудес в настоящее время. Как пишет Фрэнсис МакНатт:


Фактически, исцеление, возможно, католикам понять легче, чем большинству протестантов, поскольку мы выросли, имея традицию святых, благословенных необычайными дарами, включая и исцеление, которое до сих пор используется в качестве проверки для канонизации. Следовательно, для большинства традиционных католиков нет почти никаких преград для веры в Божественное исцеление. Трудность, однако, представляет вера в то, что исцеление может быть обычной, повседневной реальностью в жизни христианина. 11
Евангельские христиане, отвергающие Божественное исцеление, придерживаются библейской позиции в одном смысле: они ревностно защищают служение исцеления Христа, несмотря на то, что в силу теологических причин, отвергают современные чудеса и знамения. В этом отношении их представления приводят к тому, что они рассматривают чудеса и знамения больше с позиций современных рационалистов и материалистов, чем с позиций исторического христианства. Они учат тому, что вера во Христа, основанная на современном чуде или исцелении больше не нужна, поскольку у нас есть Новый Завет. Их теология частично строится на смешивании с материализмом и рационализмом, хотя они и отрицают это на богословском основании.

Некоторые христиане даже видят опасность чудес, потому что Иисус предупреждал: «Ибо восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных. Вы же берегитесь...» (Марк 13:22-23). Они толкуют этот отрывок как предупреждение от всех чудес! Такое понимание исцеления – как отслужившего в ранней церкви и являющегося источником заблуждения сегодня, -- буквально замораживает всякую открытость к молитвам за больных.

Большинство христиан, отрицающих Божественное исцеление, не понимают его предназначения, которое они обычно ограничивают подтверждением истинности Евангелия и свидетельством апостолов в первом веке. Как только христианская церковь была основана, утверждают они, необходимость в исцелении и других чудесах попросту отпала, поэтому Бог забрал харизматические дары.12 Хотя подтверждение истинности Евангелия и основание церкви были (и до сих пор являются) двумя из нескольких задач Божественного исцеления, есть и другие задачи.

Они включают в себя:




  1. Проявление сострадания и милости Христа (Мф. 14:14; 20:34; Мк. 1:41);

  1. Свидетельство об истинности утверждений Христа о Себе самом (Мф. 8:14-17; Лк. 5:18-26);

  1. Наглядное свидетельство того, что Божье Царство уже пришло (Мф. 4:23);

  1. Доказательство того, что Иисус – это Обещанный Отцом Искупитель (Мф. 11:1-6);

  1. Наглядное свидетельство в физическом смысле того, что Бог хочет совершить с нами в духовном смысле (Мф. 9:1-8);

  1. Приведение людей к покаянию (Лк. 10:8-12); и

  1. Проявление того, что Евангелие предназначено как для язычников, как и для иудеев (Лк.7:1-10).

Однако, большинство христиан, отвергающих Божественное исцеление по теологическим соображениям, делают два важных замечания относительно чудес. Во-первых, как в Ветхом, так и в Новом Завете говорится о том, что польза чудес ограничена. Из-за окаменения человеческих сердец чудеса не всегда производят веру в очевидцах. Например, множество раз Иисус совершал чудеса перед фарисеями, которые только ожесточали свои сердца (Лк. 6:6-11; Мф. 12:9-14). Однажды Он отказался явить им чудо, потому что они были «родом лукавым и прелюбодейным» (Мф. 16:1-4). Во-вторых, чудеса менее значимы, чем вера во Христа и подчинены ей. Они лишь указывают на Христа, не являясь сами по себе верой. Таким образом, современные чудеса полезны для веры во Христа, но не обязательны.13


А КАК ЖЕ БЫТЬ СО СТРАДАНИЕМ?
Представление о том, что страдание ниспослано Богом для нашего блага является еще одной важной причиной, по которой многие христиане не принимают Божественного исцеления. Согласно такому мышлению, когда мы молимся за больных, мы, фактически, противимся Божьей воле. Таким образом считается, что исцеление не дает христианам возможности страдать со Христом, тем самым не давая им шанса достичь зрелости во Христе.

Не освобождение от боли и болезни является наиглавнейшей задачей исцеления, но освобождение от груза греха. К. С. Льюис, описывая то, как Бог использует боль и болезнь, чтобы сломать наше бунтарское «я» (процесс, который теологи называют «умерщвление плоти»), отмечает:
Боль является не только явно различимым злом, но также и злом, которое невозможно игнорировать... Но боль требует внимания к себе. Бог шепчет нам в нашем наслаждении, говорит с нашей совестью, но вопиет в нашей боли: это его мегафон, чтобы пробудить глухой мир.14
Если боль пробуждает, Божественное исцеление часто приводит нас к кресту Иисуса Христа, где мы получаем освобождение от источника всех болезней: греха. Как и болезнь, Божественное исцеление может привести к освящению, поскольку именно так мы принимаем Божье сострадание и милость. Бог иногда позволяет людям страдать, чтобы привести их к Себе, но это вовсе не оправдывает пассивный подход к страданию.

Недавно одному евангелическому теологу был задан такой вопрос: «Разве особое внимание исцелению не является нужным делом, особенно в тех церквях, где исцеления практически не происходят?» В ответ он предостерег людей о том, что Божественное исцеление опасно, поскольку может подорвать работу Святого Духа по формированию нашего характера (освящение), так как направлено против страдания. Более того, он приравнял болезнь с переживанием христианами страданий Христа, и обосновал свой аргумент, интерпретируя слова Павла о «жале во плоти» (2 Кор. 12) как физическое заболевание. Он не имел в виду того, что Божественное исцеление исчезло (напротив, позднее, в ходе дискуссии он заявил, что оно возможно в наши дни); его волновало то, что Божественное исцеление может подорвать Божье освящение.15

Я могу ответить на такую озабоченность тем, что желание и получение исцеления отнюдь не обеспечивает легкой жизни молящемуся за исцеление, или исцеленному. Фактически, мой личный пример свидетельствует об обратном: молясь за больных, я столкнулся с трудностями, с которыми раньше не сталкивался. Сам процесс обучения молитве за больных сопровождался тем, что Бог срывал с меня гордость и самонадеянность. Первые десять месяцев молитвы за больных не принесли никакого результата. Все это время меня высмеивали и поносили, но я решил молиться за больных и дальше. Много раз я сердился на Бога. Но Он решил исцелять через меня лишь когда я истощил свои силы и признал, что без Него я ничего не могу совершить. И с тех пор этот процесс продолжается: когда я думаю, что всего достиг, Он снова ввергает меня в испытания. Поэтому молитва за больных и духовный рост через преодоление трудностей не являются несовместимыми. Также и исцеленные люди не лишаются автоматически всех жизненных страданий. Напротив, они получают возможность более полного служения Богу. От них по прежнему требуется положить жизнь за Христа.

Приносимые болезнью страдания играют важную роль в духовном росте. Во всяких проблемах Бог благословляет нас, когда мы доверяем Ему и возлагаем на Него свои надежды. Божественное исцеление и дисциплина страдания не исключают друг друга; нас не заставляют выбирать одно из двух. Тем не менее, для некоторых людей все не так ясно.

Вскоре после Второй Мировой войны в своем романе «Чума» французский мыслитель Альбер Камю задался вопросом: как относиться к страданию?16 События в его романе разворачиваются в предвоенное время в Алжирском порту Оран, где бубонная чума, занесенная крысами, отрезала город от внешнего мира. Оран становится сценой для пьесы о моральных принципах, в которой Камю заставляет читателя сделать выбор между двумя философиями (как он сам их определяет): гуманизмом и теизмом. Символом гуманизма является врач, который ведет борьбу с чумой, а символом теизма – священник, который не борется с чумой и принимает ее как Божью волю.

Камю дает ясно понять, что если читатели присоединятся к доктору и будут бороться с чумой, они, тем самым, выступят против Бога, который послал ее. Но если читатели присоединятся к священнику и откажутся сражаться с чумой, то они антигуманны. Камю делает вывод, что гуманизм является истиной, а христианство ложно.

Но в размышлениях Камю есть недостаток: он исходит из того, что борьба с чумой является борьбой против Бога, который послал ее. Традиционная христианская доктрина всегда провозглашала, что болезнь является результатом первого греха и исходит из царства сатаны. То есть, болезнь не является чем-то нормальным, она не от Бога, и Христос пришел, чтобы искоренить ее. В будущем ей нет места. Бог может допустить (и допускает) болезнь, как средство обращения нас к себе и очищения нашей веры, но не Он является первоисточником болезни. Таким образом, в той степени, в которой христиане придерживаются позиции Камю, они придерживаются нехристианского взгляда на то, как Бог действует во Вселенной. Камю заканчивает роман тем, что все доброе и злое относит к Богу, таким образом, делая Бога источником зла!

Иисус подходил к болезни как к врагу человечества. Ее источник – зло и исходит из царства сатаны. Глубочайшей болезнью является грех , и все последствия греха, включая физическую болезнь и бедность, основаны на нем. Это вовсе не означает, что всякий больной, принимающий молитву за исцеление, будет в этой жизни исцелен; но это означает то, что прощение грехов даровано всем, а для многих еще и физическое исцеление. В грядущем веке будет полное исцеление всех, кто обратился к Христу: искоренение всех болезней и бедности, ненависти и греха.

Но остается тот факт, что страдание в той или иной мере является неотъемлемой частью христианской жизни. В Послании к Римлянам 8:17 Павел пишет следующее: «А если дети (Божьи), то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться». Павел, как и другие авторы Нового Завета, учит, что страдание является необходимым условием для прославления. Христос стал для нас в этом примером: «»Ибо надлежало, чтобы Тот, для Которого все и от Которого все», -- пишет автор Послания к Евреям, -- « приводящего многих сынов в славу, Вождя спасения их совершил через страдания» (2:10). Павел говорит, что «умножаются в нас страдания Христовы» (2 Кор. 1:5), и даже доходит до того, что говорит, что хочет познать «... участие в страданиях Его, сообразуясь смерти Его» (Фил. 3:10). В 1 Петра 4:1 Петр пишет: «Итак, как Христос пострадал за нас плотию, то и вы вооружитесь тою же мыслью; ибо страдающий плотию перестает грешить». Петр продолжает: «Огненного искушения, для испытания вам посылаемого, не чуждайтесь, как приключения, для вас странного, но как вы участвуете в страданиях Христовых, радуйтесь...» (4:12-13).

Итак, как же нам примирить человеческие страдания с Божественным исцелением? Я верю, что ключом является правильное понимание Божьей природы, что выражается в том, что молитва за исцеление и рост через страдание не исключают друг друга. Вот моя аргументация:




  1. Бог не является прямым источником зла.

  2. Бог напрямую убирает зло.

  3. Бог иногда преодолевает зло, не убирая его напрямую, а достигая через него своих целей. Он расстраивает злые умыслы и обращает их в свои благие намерения.

  4. Практически для нас это означает, что в жизни мы сталкиваемся с различными формами зла, к которым мы не относимся пассивно.

Прежде, чем мы рассмотрим, как эти четыре принципа относятся к болезни, давайте рассмотрим, как они относятся к гонениям. Вряд ли найдется много христиан, которые будут утверждать, что мы должны молиться за гонения; мы молимся за освобождение, защиту, мир и свободу от угнетателей. Христианство является религией жизни и победы над миром, плотью и дьяволом, а не религией смерти и страданий. Но в то же время, мы знаем, что Бог действует через гонения, и даже торжествует в гонениях. «Кровь мучеников», -- писал один епископ третьего века, -- «это семя церкви» (См. также Откр. 6:9-11).

Тот же самый аргумент можно привести и насчет болезни. Христиане не молятся за болезнь; мы призваны молиться за исцеление. Но в то же время, мы знаем, что Бог действует через наши болезни. Моя мысль предельно проста: то, что мы признаем Божье действие даже через зло, не означает, что мы должны реагировать на него пассивно. Более того, верите вы или нет в то, что болезни являются частью наших страданий со Христом, общий принцип остается тот же: Бог может действовать через болезнь, но мы не должны относиться к ней пассивно.

Однако, некоторые задаются вопросом о том, что авторы Нового Завета подразумевают под нашим «участием в страданиях Христовых». Иногда мы забываем, что вся жизнь Христа была страданием: Он был безгрешным и ежедневно сталкивался с миром, дьяволом и грешниками. Его страдания были уникальны, потому что Он страдал не ради Себя. Его смерть на кресте и сопутствующие этому события были высшей точкой Его страданий (Рим. 5:6-11). Подобно Христу христиане страдают, живя в погрязшем во грехе мире, от плоти и дьявола; но, в отличие от Христа, мы страдаем еще и как грешники. Демонические и плотские искушения являются одним из видов страдания, поскольку в нас обитает жизнь Христа.

И верно то, что в определенном смысле болезнь является страданием, потому что мы надеемся на полноту в грядущем веке – в Божьем Царстве, или, как оно названо в книге Откровения, в новом Иерусалиме. В этом городе Бог будет обитать с людьми, Он «отрет всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет...» (Откр. 21:4).

Но авторы Нового Завета думают не о болезни или искушении в первую очередь, призывая нас участвовать в Христовых страданиях. Петр пишет, что мы должны «участвовать в страданиях Христовых», а не страдать от своих неправедных поступков. «Если злословят вас за имя Христово», – пишет Петр, - «то вы блаженны, ибо Дух славы, Дух Божий почивает на вас: теми Он хулится, а вами прославляется. Только бы не пострадал никто из вас как убийца, или вор, или злодей, или как посягающий на чужое; а если как христианин, то не стыдись, но прославляй Бога за такую участь» (1 Петра 4:14-16; см. также Мф. 5:11-12; Ин. 15:18-20). Другими словами, когда авторы Нового Завета говорят о страдании, они имеют в виду гонения.

В христианской жизни гонения происходят из нескольких источников. Во-первых, от религиозных лидеров, друзей и сотрудников. В Ин. 1:11 мы читаем: «Пришел к своим, и свои Его не приняли». Самое мощное противодействие Иисусу оказывали религиозные лидеры Израиля, и Сам Иисус часто предупреждал своих учеников о религиозном противостоянии (Мф. 16:6-12; 23:1-39). Павел, еще будучи Савлом, преследовал церковь по религиозным убеждениям. Синедрион, Верховный израильский суд в Иерусалиме, приговорил апостолов к бичеванию. Но апостолы покинули тюрьму, радуясь, «что за имя Господа Иисуса удостоились принять бесчестие» (Деяния 5:41).

Вскоре после начала своего служения миру Иисус столкнулся с противодействием со стороны своей семьи. После того, как Он начал исцелять больных и изгонять бесов, члены его семьи «пошли взять Его, ибо говорили, что Он вышел из себя» (Мк. 3:21). Даже сама Мария, которой ангел Гавриил сказал, что она родит Того, Кто «наречется Сыном Всевышнего ... и Царству Его не будет конца» (Лк. 1:32-33), пришла в Капернаум, чтобы забрать Иисуса. Но Иисус не удивился этому противодействию. Когда Ему сообщили, что Его «Матерь ... и братья ... и сестры вне дома, спрашивают Тебя», тогда Иисус сказал: «Кто матерь моя и братья Мои? ... вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и матерь» (Мк. 3:32-35). Иисус, должно быть, пережил глубокую боль и одиночество, когда те, кого Он любил, выступили против Него, но Он не позволил этой боли удержать Себя от свершения воли своего Отца.

Павел учит, что христиане, состоящие в браке с неверующими, должны оставаться в браке (1 Кор. 7:12-15). Несмотря на то, что он не использует слова «страдание», описывая эти отношения, тем не менее, он поднимает эту тему, поскольку в таком браке немало проблем. Он также использует проблему неверующих супругов в качестве мостика к обсуждению отношений работника и работодателя. «Каждый оставайся в том звании, в котором призван», -- пишет он (1 Кор. 7:20). Во многих случаях это означало остаться рабом и терпеть издевательства жестокого хозяина (см. также 1 Петра 2:18). Все 1 Послание Петра посвящено страданию, а в 3:1-7 христианам даются подробные наставления о том, как жить с неверующими супругами.17

Еще одним источником гонений являются другие люди в мире. Петр предупреждал: «Возлюбленные! Огненного искушения, для испытания вам посылаемого, не чуждайтесь, как приключения для вас странного» (1 Петра 4:12). Но, как часто западные христиане удивляются, сталкиваясь с противостоянием. Они удивляются, потому что не привыкли страдать подобным образом, и не считают, что гонения могут случаться в «христианской Америке» или «христианской Европе». Но они не правы.

Недавно я беседовал со своим другом, который рассказал мне о том, что он пережил в небольшом городке в Новой Англии в конце шестидесятых. Он сам и его молодая жена были в ту пору учителями средней школы и рассказывали Евангелие многим ученикам во время проводимых ими групп по изучению Библии. Вскоре слово о многочисленных обращениях школьников ко Христу разнеслось по всему городку, новость быстро обросла слухами и ложью о собраниях. Большинство жителей этого городка принадлежало к одной из двух деноминаций, и когда пасторы тех церквей услышали о том, что молодежь стала изучать Писание и становиться «религиозной», они принялись громить это движение с кафедры. (Ни один из этих пасторов лично не разговаривал с этой молодой парой.) Это еще подлило масла в огонь. Семью вынудили перенести изучение Библии со школьной территории, а кто-то даже столкнул их машину с обрыва. Наконец, поздно ночью толпа хулиганов оставила возле их дома черный крест и венок. Конечно, все это сопротивление лишь усилило интерес молодежи к Евангелию – они никогда не видели такого недовольства своих родителей. Да, мы будем сталкиваться с сопротивлением Евангелию.

Все апостолы, кроме Иоанна, были жестоко казнены во время гонений. Всех великих реформаторов в истории Церкви – от Блаженного Августина и Франциска Ассизского до Джона Уэсли – современники не понимали, чернили, гнали и отвергали. Христиане двадцатого века приравнивают страдание к болезни, потому что они не провозглашают Евангелие словом и делом, как должно (и не пожинают горький плод страданий за Евангелие).


МОДЕЛИ
Еще одна причина, по которой христиане не принимают Божественного исцеления, кроется в неправильных моделях. Многие люди видели целителей верой по телевидению. В 60-е годы самой популярной целительницей верой была Кэтрин Кульман. Речь ее мне казалась наигранной, одежда – вызывающей, поведение – театральным; и она производила мистическое впечатление. Я совершенно не понимал ее. Я помню, что думал о ее собраниях как о шоу, призванных ввести массы в заблуждение. Всякий раз, когда она появлялась на экране, я тут же переключался на другой канал и с отвращением спрашивал Кэрол, как только на телевидении могут продавать ей эфирное время. (Однако, однажды я не успел быстро переключить канал и меня впечатлила и озадачила ее ясная проповедь Евангелия.) Ее стиль не приводил, а уводил меня от Божьих чудес. Несмотря на то, что многие люди исцелялись в результате ее служения, я не верил, что эти исцеления были настоящими.

(Я не хочу преуменьшать служение Кэтрин Кульман. С тех пор я стал ценить ее и учиться у нее. Я прочитал ее книгу «Я Верю в Чудеса» и обнаружил, что проповедь «Слова Божьего (была) основанием, на котором она ... строила свое служение, и она определенно придерживалась мнения, что если человек держится (т. е. принимает) Слова Божьего, у него будет сила, лишенная фанатизма».18 Она никогда не говорила, что сама совершает чудеса; но всегда воздавала славу Богу. Также она никогда не допускала того, чтобы люди уходили с ее собраний с чувством вины или разочарования из-за не происшедшего исцеления, потому что главной ее задачей была проповедь о том, что Христос совершил на кресте.)

Мы с Кэрол также посетили несколько служений исцеления (не у Кэтрин Кульман) и были возмущены тем, что выглядело как нажива целителя верой за счет манипуляции собравшимися людьми. Даже когда нам казалось, что кто-то исцелялся, мы не могли принять этого как Божье действие; мы думали, что Иисус не устраивал таких спектаклей! Они разодевались в пух и прах, толкали людей, называя это силой Святого Духа, и, наконец, деньги – они постоянно призывали к большим пожертвованиям, давая людям понять, что если они будут жертвовать, то получат исцеление.

Моя реакция на целителей верой обуславливалась не только культурным шоком. Я никогда не видел, чтобы кто-нибудь исцелял людей так, как я бы это делал. Во многом мое неприятие стиля современных исцелителей было связано с моими попытками выглядеть «крутым», хотя я никогда не соответствовал своим меркам «крутости». («Крутость» – это эвфемизм, которым исполнители джаза обозначают гордость.) Я хотел быть признанным в обществе, утонченным, чтобы меня высоко ценили. Большинство современных исцелителей казались глупыми, странными или таинственно-мистическими. Но Бог может использовать немудрое, чтобы посрамить мудрых, использовать несовершенных, но открытых для этого людей, чтобы явить Свою славу.

У каждого поколения, да и у каждого человека может быть своя причина для скепсиса в отношении сообщений об исцелениях. В моем случае, я не видел, чтобы зрелые христиане занимались служением исцеления и я также находился под влиянием теологии, отвергающей сверхъестественное. Заметьте, что я просто не видел убедительные модели; возможно, они и были, просто я с ними не сталкивался. Эти два элемента – плохая теология и плохие модели – работали рука об руку, полностью поглощая меня. Чем больше я слышал о том, что Бог в наши дни не исцеляет, тем сильнее я критиковал целителей верой; чем больше я видел странных целителей верой, тем более я становился открытым для анти-сверхъестественной теологии.




  1. Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15


База данных защищена авторским правом ©nethash.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал